Родился 24 декабря 1942 года в семье коренных гомельчан в эвакуации: Свердловская область, Новосергинский район, посёлок Бисертск.

Отец, Пивоваров Израил Соломонович, работал в эвакуации на военном заводе №520. В 1943 году отца призвали на фронт, где он погиб в 1944 году. После освобождения Беларуси в 1944 году этот завод был возвращён из эвакуации на прежнее место – в г. Гомель (в настоящее время – Станкостроительный завод им. Кирова).

Родители очень переживали военное время. Сестра моей мамы была военврач. Во время эвакуации госпиталя их эшелон разбомбили. Брат мамы оставался в Чечерске, и в 16 лет его фашисты расстреляли. Всё это сказалось на моей семье. Я это время не помню, так как мне было 2 года. По прибытии из завода в Гомель в 1944 году матери со мной выделили комнату в посёлке Костюковка. Дом, где жили родители до войны, был разбомблен (район цирка). Моё становление проходило в детском саду в Костюковке, затем в Средней школе № 13, где окончил 9 классов Затем доучивался в Школе рабочей молодёжи и с 16 лет работал на стеклозаводе резчиком стекла.

Окончил 10 классов, уехал учиться в город Кадиевка Луганской области в горный техникум. Окончил его в 1963 году. Вернулся в Костюковку, и в этом же году был призван в ряды Советской Армии. В Армии окончил 10-месячные курсы при Камышинском военном училище. Служил в Московском военном округе. Окончил экстерном Войское высшее училище тыла в 1975 году. В 1985 году переведён в Краснознамённый дальневосточный военный округ, в г.Арсеньев. Служил в Уссурийске, Владивостоке. Уволен в 1988 году, г.Москва, так как была забронирована квартира. Переехал в Гомель в этом же году, так как жила там мама одна. Работал после увольнения на разных предприятиях города Гомеля.

С 1999 года стал активно заниматься пением, так как в Армии ещё был запевала. В 1999 пел в хоре «Память» ДК «Фестивальный». А с 2003 года пою в народном хоре ветеранов войны, труда и Вооружённых Сил.

Родилась в январе 1941 года в крестьянской семье в д. Бурки Брагинского района Полесской области:

«Начало войны я не помню, мне было 5 месяцев от роду. Помню, как в 1943 году немцы спасались бегством от наших солдат, и сжигали всё на своём пути.

Мы с сестрой выбежали во двор, увидели, что колхозный двор горел. Мы испугались. Прибежали в хату, и сестра ничего не брала, а хлеб лежал на столе, она схватила и побежали с мамой в погреб (леса близко не было).

Мы всю войну просидели в погребе. Было холодно, сыро, темно. Бывало, что мыши бегали, а мы боялись, кричали (сестра на 2 года старше меня). И ели, что мама принесёт (она смотрела за хозяйством). Немцы стояли в нашем доме, они нас не трогали, давали иногда для нас конфеты и сахар.

И ещё в 1944 году мы все были дома, прибежали дети и сказали, что «Ваш отец идёт домой» (а он был в плену). Когда мы прибежали туда, он стоял, окружённый односельчанами, худой, измождённый, оборванный, и подстреленный.

Несмотря на мирное время, тяжёлые воспоминания остались в моей памяти на всю жизнь.

Но я не унываю, иду по жизни с песней.

С 23 мая 2006 года – участница народного вокального ансамбля славянской песни «РИТМЫ СЕРДЦА» ГУ «Городской центр культуры».

Родилась в мае 1940 года в крестьянской семье в д. Микуличи Брагинского района Полесской области.

Отец, Воронец Пётр Васильевич, 1905 г.р., ушёл на фронт на 3-й день войны. Мы остались дома с мамой, тётей и детьми. Всю войну мы прожили в деревне. По рассказам матери вспоминается эпизод: когда наступали немцы, партизаны минировали поля. Чтобы немцы могли войти в деревню, им нужно было разминировать поля. Для этого они собирали людей деревни на боронование полей (запрягали, как лошадей), чтобы выявить, где мины лежат.

Мать отправила с сестрой всех детей в д. Рижков спрятаться в лес, а сама осталась припрятать домашнее добро. Решила в лес идти, туфли обувает, заходит немец: «Матка, ком!» Мать растерялась. А в хате висела люлька, закрытая пологом, и мать говорит: «Пан, кляйн киндер!» и показывает на люльку. Немец развернулся и ушёл, а меня-то там не было. Если бы он посмотрел, то точно расстрелял бы мать. И огородами мать побежала к детям в лес. Мать думала, что нас уже не застанет, а мы, увидев её, навзрыд плакали: «Мы думали, что тебя убили!»

А женщина с деревни, которая боронила поле, подорвалась на мине.

Родители очень любили друг друга. И когда отец погиб, в 1944 году мы получили похоронку, мать сидела и плакала, держа нас с братом на руках: «Детки мои дорогие! Все папки поприходили, а вашего нету!»

Бережно храню воспоминания о своей семье: в памяти, фотогра- фиях, предметах быта.

В 2019 году приняла участие в Вечере славянской культуры в качестве белорусской хозяйки, где выставила рушники, с любовью вытканные моими родными в послевоенное время.

С 2007 года – участница народного вокального ансамбля славянской песни «РИТМЫ СЕРДЦА» ГУ «Городской центр культуры» г. Гомеля.

Родилась 30 марта 1942 года в г. Фрунзе (Бишкек) Киргизии в эвакуации:

«Мама бежала от войны. В Смоленске в результате бомбёжки сгорели все вещи и документы. Единственным спасением был Фрунзе, где жили родственники. На работу не могла устроиться, так как не было документов, и в результате нервного потрясения у неё отнялись ноги. Жили тем, что мама шила, а бабушка (свекровь) торговала готовыми изделиями.

Меня война не затронула, но я чувствовала весь её ужас, глядя на свою маму, которая была свидетелем тех трагических дней (бомбёжек, заключения в тюрьму при ложном обвинении, приговора к расстрелу и чудесного спасения). Война осталась в моей памяти по фотографиям отца и рассказам очевидцев.

С 2004 года Королёва В.А. возглавляет вокальный ансамбль «РЭТРО» народного клуба пожилых людей «Прометей» ГУ «Городской центр культуры».

Родился в крестьянской семье 18 августа 1938 года в селе Решитки Каневского района Черкасской области:
«Отец умер в марте 1941 года, еще до войны. Когда началась война, мне было два с половиной года. В семье были дедушки, бабушки, мама и я. Бабушка умерла в 1943 году: не пряталась, сидела в избе, смотрела в окно. От снаряда загорелась хата. Мне было тогда четыре с половиной года. Мы прятались в землянке. Снаряд упал и в землянку. Меня и мать присыпало землей. Едкий дым почувствовал я, и песок резал глаза. Вбежавший русский солдат вывел нас на свежий воздух.
Когда шел бой при форсировании Днепра (1943), мы были в том районе. В селении было всего 60 дворов. При отходе, немцы поставили мины. Помню 9 подорвавшихся танков. Мы со сверстниками заглядывали в них, ища патроны, одежду. Много погибших было – хоронили-хоронили всех.
Однажды мы с Володей Осадчим утром стреляли по воробьям из рогатки, а после обеда мать приносит его рубашку и говорит: «А Володи уже нет». 10 лет ему тогда было, купался, нашел противотанковую гранату и погиб. Хоронили в белой простыни.
Меня Бог миловал. Я снаряды разряжал танковые (родители разжигали печь порохом): бревно лежит, бью снарядом по бревну, он вываливался, я доставал порох. У многих детей были увечья.
После окончания семи классов выучился в горно-промышленной школе на Донбасе на плотника-опалубщика. По возращении домой продолжил учебу в школе, окончил 10 классов. Был в учебном комитете, активистом класса. Любил музыку, играл на гармошке. В техникуме культпросветработников окончил дирижерско-хоровое отделение.
В армии получил военную специальность: «музыкант военных оркестров». Демобилизовавшись, руководил хоровым коллективом, организовал в 1965 году на базе ГГКПБ хор «Белорусочка», с 1967 года руководил клубом фабрики «8 Марта», в 1976 году окончил Ленинградскую высшую профсоюзную школу культуры по специальности «методист-организатор культурно-просветительской работы».
Вся моя жизнь связана с культурой. Был первым директором Дворца культуры Белорусского общества глухих УП «Випра»; аккомпаниатором в ансамбле песни и пляски Дворца культуры железнодорожников под руководством А. А. Рыбальченко. В составе коллективов трижды становился лауреатом Всесоюзного смотра-конкурса. Награжден знаками отличия.
В настоящее время руковожу коллективом «Поющие сердца» ЦСОН Советского района г. Гомеля. Участник вокального ансамбля «ЛЁС» ГУ «Городской центр культуры»

Родился 23 января 1940 года в городе Гомеле:
«Отец, Бордюгов Александр Петрович, 1905 г.р., капитан, заместитель командира 241 штурмового авиационного полка, во время перегруппировки полка погиб 25 июня 1941 года под городом Рига. Мы – брат, мама и я – в это время находились в Литве в посёлке Тирелькай, что в 10 километрах от города Шяуляй.
На второй день войны были поданы товарные вагоны для эвакуации полка, и с этого момента поезд отправился на восток. Вагоны были переполнены, уже везли раненых. В первое утро состав был обстрелян самолётами Германии. Конечно, были пулевые отверстия и у нас. Мама рассказывала по этому поводу, как один из офицеров пошутил: «Вот Ваши дети уже участники войны и прошли первый бой».
Ничего не имея, только в чём были одеты, по прошествии полутора суток получили воду, хотя отъехали в глубь страны всего на 150 километров, так как кругом работали диверсионные группы противника. Под Москвой нас «приписали» к Башкирии (п.Давлеканово возле Уфы). Уже под Псковом, совсем случайно, в вагоне нашли аккордеон (без хозяина). Тогда мама тихонько его взяла, протёрла и пошли первые аккорды (она закончила наше музучилище, хорошо играла и постоянно, ещё в молодости, пользовалась успехом в ансамбле песни и пляски Дворца культуры железнодорожников под руководством А. А. Рыбальченко). С этого дня во всём составе жизнь стала веселей, особенно когда были длительные стоянки. Во всяком случае, в нашем вагоне дети не «голодали»: подарков было достаточно. Впереди были ещё 1500 километров до места приписки. А общая длительность нашего пути составила полтора месяца.
Дедушка, Бахар Владимир Яковлевич и бабушка Бекеш Мария Григорьевна жили в Гомеле. И когда дедушка узнал, что наш поезд идёт в Башкирию (как работник Белорусской железной дороги), им было принято решение срочно выехать в Давлеканово и подготовиться к зиме.
Уже в октябре, в харчевне, что он отремонтировал, жили 5 семей: 4 дочки и сын с внуками и внучками. Дедушка купил корову, а главное, заготовил дрова, что в тех местах было затруднительно. Это дало нам сил выжить в первую зиму.
Всё время, 1941-1946 гг., все родственники жили дружно, но ряды их редели. За 1943-1944 годы умерли дедушка и бабушка. После освобождения Гомеля уехали две сестры и братик. Остались в харчевне только мы (мама, брат и я), но уже подросли и многое понимали.
После гибели папы моим воспитанием с 1941 по 1944 годы занимался его друг, свояк – Чубченков Кирилл Моисеевич, командир 206 дивизии 8-й воздушной армии, задача которой состояла в уничтожении самолётов противника на земле, сопровождении эшелонов с тыла до линии фронта и в «особых поручениях». Расположение дивизии находилось неподалёку от Уфы, штаб размещался в Давлеканово. Поэтому встречались мы очень часто. Во время встреч я получал «боевые задания»: первым делом, смотреть за своевременностью построения караула; питания солдат; за выполнением физической подготовки. Кирилл Моисеевич любил рыбачить, поэтому давал мне поручения подготовить снасти, накопать червей, а также воспитывал во мне человеческие качества сострадания, милосердия (направлял меня посмотреть, как чувствуют себя пленные, и это побуждало меня приносить им воду. Это моё детское сочувствие так трогало души, что пленные порой отдавали дорогие вещи, например, часы, шинель, сапоги).
В самом конце войны Чубченков К.М. был взят в плен, отклонил предложения Власовских агитаторов. За подготовку очередного побега 19 июля 1944 года был переведён в гестапо, в тюрьму под Берлином, а далее его направили в блок смертников №20 в концлагере Маутхаузен в Австрии, где Чубченков К.М. стал одним из организаторов восстания военнопленных вместе с полковником А. Исуповым. К сожалению, всем спастись не удалось (спаслись только 8 человек), так как бежать заключенные, в связи с истощением, уже не смогли. Погиб и Чубченков К.М., оставив о себе самую светлую память не только в моей душе, но и у родственников и сослуживцев.
Пришла Победа, но эшелоны с пленными немцами, итальянцами, русскими, румынами и другими солдатами шли уже на восток. Уже было видно, что армия другая: эшелоны с техникой были замаскированы, находились постоянно под охраной, а вагоны с личным составом были пассажирскими; отношение солдат-победителей к заключённым было человечным, уважительным. Мама спустя некоторое время вышла замуж за военного строителя, поэтому наша жизнь была кочевой: больше года на одном месте мы не находились. В основном, жили в Сибири и на Крайнем Севере.
Где бы я ни был, в школе, институте, армии, на работе, на пенсии, я всегда занимал активную позицию: участник художественной самодеятельности, спортивных соревнований, общественный работник.
С 2018 года – участник вокального ансамбля «РЕТРО» народного клуба пожилых людей «Прометей» ГУ «Городской центр культуры».